(no subject)

[kastaneda]

«Туман» Стивена Кинга я впервые прочёл ещё при СССР, в журнале «Вокруг света». Этот текст я перечитывал много раз и помню его очень хорошо. Оказывается, я всё это время я читал сокращённую версию.

Вот, например (курсивом выделено то, чего не было в сокращённой версии):

     Он пошел за ней вниз, а я принялся рыться в ящиках.  Странные  штуки,
эти свечи. Ты их кладешь каждую весну  в  определенное  место,  зная,  что
из-за летней бури может нарушиться энергоснабжение, но, когда приходит  их
время, они прячутся.
     Четвертый ящик. Пол-унции "травки", что мы  со  Стефф  купили  четыре
года назад и с тех пор почти  не  трогали,  заводные  игрушечные  челюсти,
купленные для Билли в магазине новинок;  куча  фотографий,  которые  Стефф
давно уже собиралась наклеить в семейный альбом. Я заглянул под толстенный
торговый каталог и пошарил рукой за  резиновой  куклой,  изготовленной  на
Тайване. Куклу я выиграл, сбивая кегли теннисными мячами...
     Свечи, все еще упакованные в  полиэтиленовую  обертку,  оказались  за
этой самой куклой со стеклянными неживыми глазами. Как раз в  тот  момент,
когда я их нащупал, свет погас, и электричества кроме того, что бушевало в
небе, не стало.  Гостиную  то  и  дело  озаряло  сериями  частых  белых  и
фиолетовых вспышек. Я услышал, как внизу заплакал Билли,  и  Стефф  начала
говорить ему что-то успокаивающее.

Невероятная погода. Плюс суровая зима, плюс поздняя весна,  и  люди  опять
заговорили о том,  что  все  это  последствия  испытаний  атомных  бомб  в
пятидесятых годах. Об этом и еще, разумеется, о конце света. Самая  старая
из всех баек.

     Все оказалось несколько хуже, чем  я  ожидал.  В  четырех  местах  на
дорогу упали деревья: одно маленькое, два средних и еще одно совсем старое
толщиной наверно футов в пять, облепленное мхом, словно гнилым корсетом.
     Ветки с наполовину ободранными листьями  валялись  повсюду,  и  мы  с
Билли дошли до самой грунтовой дороги, отбрасывая те, что  были  не  очень
большие, обратно в заросли. Все это напомнило мне события  одного  летнего
дня, случившиеся около двадцати пяти лет назад. Я тогда,  видимо,  был  не
старше, чем Билли сейчас. В тот день собрались все мои  дяди  и  с  самого
утра ушли в лес с топорами и резаками вырубать кустарник. После работы все
уселись за стол на козлах, что мои родители держали на улице, и уничтожили
чудовищное количество сосисок, пирожков с мясом  и  картофельного  салата.
Пиво лилось рекой, и дядя  Рубен  нырнул  в  озеро  прямо  в  одежде  и  в
ботинках. В те дни в лесу еще водились олени.
     - Пап, можно я пойду к озеру?